Релиз / Кадры из фильма
Информация о фильме
Герой, которого играет Колин: Томми Джадд
Другие действующие лица и исполнители: Руперт Эверетт (Гай Беннет), Кэрри Элвз (Джеймс Харкурт), Анна Мэсси (Имоджин Беннет), Тристан Оливер (Фаулер), Фредерик Александер (Мензис), Майкл Дженн (Барклай), Руперт Уэйнрайт (Дэвениш), Эдриан Росс Мейдженти (Уортон), Гай Генри (начальник старост).
Сценарист: Джулиан Митчелл, по собственной одноименной пьесе
Режиссер: Марек Каниевска
Исполнительные продюсеры: Роберт Фокс и Джулиан Сеймур
Продюсер: Алан Маршалл
Композитор: Майкл Стори Гимны в исполнении хора мальчиков им. Св. Троицы
Длительность: 90 минут
Год выпуска: 1984
Краткое Содержание
«Другая Страна» рассказывает историю Гая Беннетта, английского мальчика из высшего класса, который проходит предпоследний год обучения в привилегированной частной школе (она не названа, но очевидно, имеется в виду Итон, школьная униформа которого копируется в фильме). Его амбициозные планы состоят в том, чтобы в последний год обучения быть избранным в состав так называемых "Богов" - правящей элиты школы. Он видит в этом первый решающий шаг по лестнице успеха, который позже должен будет привести к его дипломатической службе: в конечном счете, он мечтает дослужиться до ранга посла Франции и добиться национальных почестей и признания.
Амбиции Беннетта проверяются на прочность его нежеланием быть осторожным в проявлении своей гомосексуальности. В частных школах на некоторые проявления гомосексуализма было принято смотреть сквозь пальцы, как на неизбежное следствие изолированности от противоположного пола, но об этом было принято тактично умалчивать. Беннетт же начинает вести себя вызывающе, на манер Оскара Уайльда, предпочитая высмеивать и эпатировать систему, не бросая ей прямого вызова. Когда старосты школы приговаривают его к порке, он принимает ответные меры, угрожая пойти к директору школы и рассказать ему во всех подробностях о своих сексуальных деяниях, включая имена его партнеров, некоторые из которых и являются этими самыми старостами. Но когда он серьезно влюбляется в одного из учеников, Джеймса Харкурта, ему приходится как-то примирять свою гомосексуальность с общественным мнением. Член «правящей элиты» школы Фаулер, жесткий, фашиствующего толка тип, перехватывает любовную записку между Беннеттом и Харкуртом и вызывает Гая на трибунал старост. Беннетт мог бы вновь спасти себя угрозами обратиться к директору школы, но он понимает, что тем самым подвергнет Харкурта опасности дисциплинарного взыскания, которое может повлечь за собой его изгнание из школы. Чтобы защитить возлюбленного, Беннетт подвергается порке и теряет свой шанс быть избранным в «Боги».
Единственный друг Беннетта в школе - Томми Джадд, страстный марксист. Мальчиков сближает их нонконформизм, но ни один из них не понимает в полной мере убеждения другого. Это дает каждому из них (или, скорее, автору) возможность подробно разъяснять свою точку зрения. Беннетт возмущается лицемерием этого учреждения, которое допускает скрытый гомосексуализм, но наказывает любое открытое проявление любви; Джадд критикует недостатки системы закрытого частного обучения с точки зрения марксистского анализа. К концу фильма мы видим, что Беннетт начинает понимать точку зрения Джадда и его начинает привлекать идея о коммунизме как о гарантированном способе создания лучшего мира всеобщего равенства. Учитывая, что мы уже видели в прологе постаревшего Беннетта, комфортно устроившегося в своей московской квартире, мы понимаем, в чью пользу он сделает свой окончательный выбор.
>
Комментарий
О фильме
«Другая страна» с первых кадров производит впечатление традиционного фильма в духе кинокомпании «Мерчант Айвори» - о представителях высших слоев британского общества, любящих и страдающих в своих белых костюмах безупречного покроя. Режиссер Марек Каниевска усиливает эти ожидания зрителя, демонстрируя роскошные панорамы английского сельского пейзажа, юношей в белоснежных одеждах, играющих в крикет на безукоризненно подстриженных зеленых лужайках, собрание представителей великосветского общества на открытом воздухе - и в то же время безжалостно разоблачает все претензии этого привилегированного мира и показывает жестокую и феодальную природу того общества, которое его породило. Жесткая иерархия, существующая в частных школах, где младшие ученики вынуждены годами пребывать в рабском подчинении у старших, чтобы в свою очередь добиться привилегий и достичь определенного ранга в последних классах, представлена здесь как миниатюрная модель того мира, который ждет их за стенами школы.
Главное стремление Джулиана Митчелла, тем не менее, состоит не в том, чтобы осудить классовую структуру общества или пропагандировать марксизм, а в том, чтобы привлечь внимание к проблеме гомосексуальности и призвать общество отнестись к ней как к естественному состоянию. Когда Гай говорит Томми, что Мартино - мальчик, который повесился в начале картины после того, как его застали на месте преступления с другим мальчиком - рассказывал ему, что уже с десятилетнего возраста ощущал себя гомосексуалистом, Томми насмешливо фыркает в ответ, говоря, что в таком раннем возрасте этого знать нельзя. Гай возражает: «А ты разве являешься коммунистом потому, что читаешь Маркса? Нет, ты читаешь Маркса потому, что ты коммунист». В фильме проводятся и другие параллели между положением обоих мальчиков, которые мечтают о лучшем мире – параллели достаточно натянутые, особенно принимая во внимание, что в некоторых коммунистических государствах отношение к гомосексуальности не более терпимое, чем в странах капиталистических.
Еще одну трудность представляет изображение романа Беннетта и Харкурта, который разворачивается на фоне тех же идиллических декораций школьного пейзажа, с томными взглядами, романтическими ужинами и плаванием на лодке при лунном свете. Поскольку изображение этого Эдема в фильме представляется всего лишь внешней стороной, скрывающей жестокое и отвратительное общество, трудно принять очевидно искреннюю попытку представить этот роман всего лишь воплощением недосягаемой мечты.
Один критик отметил, что в фильме «Другая Страна» передана “атмосфера, но не сущность трагедии”. С начальных кадров фильма, где в исполнении хора мальчиков звучит гимн, похожий на панихиду, мы знаем о том, что смотрим на обреченный мир. Подавляющая атмосфера 1930-х годов ощущается по всему ходу действия фильма. Привилегированное общество больше никогда не будет иметь настолько беззаботной жизни. Один из этих мальчиков, как мы уже знаем, станет предателем, и мы понимаем, что многим из них суждено будет погибнуть во Второй Мировой войне. И известие о том, что Томми Джадд был убит во время гражданской войны в Испании, тоже в какой-то мере ожидаемо. Тем не менее, всеобъемлющая атмосфера печали, которой пронизан фильм, не поддается однозначной трактовке. Хотели ли Митчелл и Каниевска сказать этим, что такой результат был неизбежен, принимая во внимание сложившиеся в то время условия? Или они, в духе «Возвращения в Брайтсхед» (роман И. Во – прим. перев.) просто оплакивают шарм и очарование той безвозвратно исчезнувшей эпохи?
Колин в роли Томми Джадда
Томми Джадд, c одной стороны, характер, типичный для героев Колина Фёрта – джентльмен из высшего общества (вспомним его роли в фильмах «Камилла», «Датские девушки», «Таинственный сад», «Тамблдаун», «Вальмон», «Круг друзей», «Гордость и предубеждение», «Английский пациент», «Моя веселая жизнь», «Влюбленный Шекспир»). Как бы он ни любил играть простых парней, вроде Пола Эшуорта из «Футбольной горячки», есть что-то бесспорно аристократическое в его внешности, манере держаться и голосе, что неизменно возвращает его к исполнению ролей английских (или французских, или шотландских) патрициев. В то же время, с другой стороны, Томми Джадд – достаточно необычный характер в ряду работ Фёрта. Его беспрекословная преданность идее марксизма и абсолютная убежденность в том, что он знает, как устроен мир и что нужно делать, очевидно контрастирует с внутренне раздвоенными, раздираемыми противоречиями героями его последующих фильмов – таких, как Роберт Лоуренс, Том Биркин, Нил Трулав, Александр Щербатов, Эдриан ЛеДюк, Джозеф Принс, Фредди Пейдж, Фитцуильям Дарси и Джесс Кларк. Сцены с участием Колина проходят через весь фильм, и большинство из них связаны с Беннеттом (в исполнении Эверетта), поскольку он играет его ближайшего друга и к тому же является своеобразным рупором, озвучивающим идеи, к которым в конце концов должен будет склониться и Беннетт. Мы видим и более человечную сторону в характере Джадда, когда наблюдаем, как его левацкие убеждения борются в нем с чувством дружбы к Беннетту при решении вопроса о том, стоит ли ему соглашаться на должность старосты.
Колин играет эту роль с убежденностью, которая так соответствует характеру Джадда. Первые же кадры фильма, в которых мы видим Колина - это самое первое его появление на киноэкране: камера показывает нам школьный двор, где мальчики поют хорал на поминальной службе по павшим в Первой Мировой, и если посмотреть повнимательнее, то можно увидеть, что герой Колина решительно и демонстративно не поет.
В менее официальной обстановке внешний вид Колина, его растрепанные длинные волосы слегка рыжеватого оттенка, очки в проволочной оправе (которые он носит в некоторых сценах) и свитер, изъеденный молью, помогают увидеть в нем типичного левацки настроенного интеллигента тех лет.
Мы даже видим, как Колин относит белье в прачечную и заправляет постель в одной из сцен, где он и Беннетт обсуждают свои различные сексуальные наклонности – гетеро- против гомосексуальности. Как ученик привилегированной частной школы, герой Колина принимает участие в некоторых видах спорта: в одной сцене Колин в белоснежной форме для крикета упражняется в этой игре, а в другой управляется с веслом, когда они с Беннеттом катаются на лодке по реке и беседуют.
Интересные факты
- Колин Фёрт на сцене играл роль Беннетта (см. ниже раздел «Экран и сцена»). После того, как он сыграл Томми в фильме, он вернулся к исполнению роли Беннетта на сцене театра «Уэст Энд».
- Фильм «Другая страна» частично снимался в университетах Кембридж и Оксофрд, и частично – в поместье Олторп Холл в Кембриджшире – родовом поместье Спенсеров, где провела детские годы принцесса Диана. В одной из эпизодических ролей снялся брат Дианы, нынешний граф Спенсер.
- Продюсеры фильма просили разрешения на съемки в Итоне, но им было отказано.
- Руперт Эверетт и Колин Фёрт после этого фильма снимались вместе в фильмах «Влюбленный Шекспир» и «Как важно быть серьезным».
- Продюсер фильма Роберт Фокс был также продюсером фильма «Месяц в деревне», где снимались Колин Фёрт, Кеннет Брана и его будущая/бывшая жена Наташа Ричардсон.
Комментарии Колина
«Джадд восстает против системы, и он более открыт в своем противостоянии, чем Гай Беннетт. Беннетт не столь искренен, он хочет продолжать пользоваться всеми благами, которые предоставляет эта система,
и это и приводит его к поражению. А Джадд - настоящий прозелит, убежденный приверженец идеи. Он никогда не смог бы стать шпионом." -- Комментарий к фильму, март 1985
“У меня никогда не было силы духа, присущей Джадду – он не боится стать предметом всеобщих насмешек, публично пропагандируя свои убеждения. То, как он предан своим убеждениям на протяжении всего фильма, делает его фигуру уникальной. Большинство людей лишено храбрости этого сорта. Они предпочитают уступать мнению большинства. Джадд никогда не согласился бы стать шпионом, потому что он – прозелит. Он находит выход в противоположном – в открытой борьбе, в прямом физическом противостоянии. Он - не жертва амбиций. Если Беннетту нужны комфорт и преимущества, которые дает социальный статус, то Джадда просто тошнит от лицемерия и фальши общества в целом».
“В школе я не был коммунистом, и если я восставал против авторитетов или притворства, я делал это так, как это мог бы сделать Беннетт. Я мог быть задиристым, нахальным, мог создавать проблемы, но я не декларировал свои принципы на каждом шагу. Я не был политически подкован, но не это сдерживало меня в игре. Когда ты играешь кого-то, важно не то, насколько ты похож по характеру на свой персонаж, а то, есть ли у тебя некое интуитивное, инстинктивное понимание того, как этот персонаж мог бы себя вести.” Пресс-конференция фильма «Другая страна».
“Меня не столько волновала перемена роли, сколько переход от игры на сцене к киносъемкам. Я не знал тогда, есть ли какая-то разница в специфике того, что мне нужно будет делать, и это меня очень пугало.” - «Премьер»,, декабрь 1989
“Играя на сцене, ты работаешь на адреналине, но во время съемок фильма ощущение возникает очень странное. И энергетика другая, потому что работа становится гораздо более детальной, замедленной и тонкой. " -- Пресс-конференция фильма «Другая страна»
Отзывы об игре Колина
Актерская игра заслужила всеобщее одобрение, хотя некоторые критики сочли, что молодые актеры были все же недостаточно молоды, чтобы убедительно смотреться в роли школьников.
«В этом многочисленном актерском ансамбле никто не переигрывает и не играет слишком слабо“ – пишет Шейла Бенсон из «Лос Анджелес Таймс», - “а Колин Фёрт и Руперт Эверетт выше всяких похвал.”
“Фёрт великолепен в роли эталонного левого” – отмечал Рокс Рид из «Нью-Йорк Пост», - “он изрекает лозунги и образчики марксисткой пропаганды с энергией и убежденностью.”
В «Уименс Дейли» Говард Кисел соглашается: «Колин Фёрт очень силен в роли Джадда, чей приход к идеям марксизма состоялся до начала экранного действия и нигде в фильме не объясняется, но Фёрт делает приверженность своего героя марксизму правдоподобной и убедительной».
А Джордж Робинсон в «Филмс ин Ревью» отметил, что «Фёрту, в частности, удалось очень удачно передать тот род усталого отвращения, которое испытывает его герой, и, я думаю, что это тот актер, от которого можно многого ожидать в будущем».
Отзывы в прессе
Несмотря на некоторые похвалы в адрес серьезности выбранного сюжета и остроумных диалогов, фильм «Другая Страна» в основном получил неблагоприятную оценку в прессе. Многих критиков не убедил основной аргумент Митчелла – что Гай Берджесс совершил предательство и стал шпионом в отместку обществу, которое не принимало его гомосексуальные наклонности. «Мелочность этой мотивации не только не соизмерима с конечным результатом», - писал Джордж Робинсон в октябрьском номере «Филмс ин Ревью» за 1984 год, - «…но и отодвигает в тень те истинные чувства, которые в конце концов подтолкнули к предательству реального Берджесса». А Дэвид Денби из «Нью-Йорк мэгэзин» замечал: «Стоит признать, что огромное число гомосексуалистов из частных школ были преданы своими друзьями и даже несправедливо высечены, не сделавшись в результате этого советскими агентами.»
Ряд критиков отмечал возникающее ощущение всеобъемлющей клаустрофобии школьного пространства, расходясь при этом в оценке того, был ли этот эффект намеренным, акцентирующим внимание на удушающей атмосфере частных школ – или же просто явился последствием адаптации для экрана пьесы, предназначавшейся для постановки на сцене. Некоторые критиковали фильм за «увлечение красивыми картинками» и «навазелиненный романтизм» кинематографического полотна, очевидно не замечая заложенной в этом авторской иронии.
Любимые эпизоды из фильма
Томми: Я не могу этого сделать. Я просто не могу быть старостой.
Гай: Почему нет?
Томми: Понимаешь, у меня ведь есть определенная репутация.
Гай: Что?
Томми: Да, я являюсь посмешищем всей школы, я это прекрасно понимаю. Но не считаешь ли ты, что, как бы это сказать, уважаемое посмешище? Я, по крайней мере, придерживаюсь моих принципов. Людям это нравится. Если я сейчас изменю своим принципам, что они скажут?
Гай: Тебе ведь все равно, что о тебе скажут люди.
Томми: Лично обо мне – да. Но они скажут, что это все – фальшь.
Гай: Нет. Нет.
Томми: Они скажут: «Вот видите, мы же говорили. Для него это просто способ выпендриться”.
Гай: Наоборот. Они увидят, что цель оправдывает средства. Что может быть более коммунистическим, чем подобная логика?
Томми: Они будут считать, что это все – фальшь и притворство. Они думают, что все коммунисты – фальшивка. Это то, что они все время говорят про Сталина.
Дэвениш: Я не понимаю, почему тебе непременно нужно быть против всего.
Томми: Я не против всего. Я за. Революцию.
Фаулер: Если ты имеешь в виду директора школы, изволь называть его по имени.
Томми: Ты не назвал.
Фаулер: Что?
Томми: Ты не назвал директора по имени. Его зовут мистер Фергюссон.
Фаулер: Ты что, стараешься быть умным, или как?
Томми: А мне не нужно стараться. Я и так умный.
Фаулер: Я начинаю думать, не попросить ли мне у Баркли разрешения высечь тебя.
Томми: Если бы ты действительно начал думать, мы бы все это заметили.
Гай: О Господи, этот парень, кажется, и впрямь сломался.
Томми: Либералы всегда ломаются, если на них давят.
Гай: Знаешь, Томми, ты очень жесткий человек.
Томми: У меня нет на него времени. Он просто хочет красивой легкой жизни с красивой легкой совестью, не имея права ни на то, ни на другое.
Томми: Да, тебя легко купили.
Дэвениш: Ну, мой отец и сам в свое время был «Богом», и когда я ему сказал…
Томми: Ну да, ну да. И твой сын станет «Богом», и сын твоего сына, до скончания школы.
Баркли: Мы спасли наш факультет от Фаулера.
Дэвениш: И мы спасли твою совесть.
Томми: Ах, ну конечно. И все проблемы решены разом. Никаких красных и никаких гомиков.
Гай: А здорово было бы, если бы коммунизм и впрямь существовал?
Томми: Он существует.
Гай: Что, рай на земле?
Томми: Нет, земная жизнь на земле. На справедливой земле.
Экран и сцена
«Другая Страна» обеспечила Колина Ферта двумя его первыми профессиональными работами. Весной 1983 года, будучи еще студентом Центра Драмы, он дебютировал на профессиональной театральной сцене в роли Гая Беннетта. Когда Руперт Эверетт (первый исполнитель роли Беннетта в театре) был выбран на роль Беннетта в фильме, он посоветовал Фёрту попробоваться на роль Джадда. Колин прошел пробы, и роль досталась ему.
Начать карьеру с главной роли в пьесе на сцене театра Уэст Энд, будучи еще студентом драматического училища - само по себе уже достаточно большое достижение; но заслуга Ферта еще и в том, что после своего профессионального дебюта в роли Беннетта он сумел перестроиться и сыграть в той же пьесе характер абсолютно непохожий, причем персонажа, с которым Беннетт общается практически на протяжении всей пьесы.
Фотографии со спектакля позволяют предположить, что Ферт делал больший упор на бунтарские черты в характере Беннета, по контрасту с более романтической и гедонистической интерпретацией этого образа, предложенной Эвереттом.
После того, как Фёрт в течение нескольких месяцев играл роль Беннетта на сцене, он провел два месяца, играя Томми Джадда. После окончания съемок он вновь вернулся к исполнению роли Беннетта на сцене.
Джулиан Митчелл адаптировал собственную пьесу для экрана, внеся несколько значительных изменений. В пьесе, где было всего десять действующих лиц, Харкурт на сцене ни разу не появлялся, зритель только слышал о нем со слов страстно влюбленного Гая. Конец пьесы был более неопределенным, оставляя открытым вопрос о том, насколько Джадд мог повлиять на политические убеждения Беннетта; в фильме, с его прологом и эпилогом, показывающими нам постаревшего Гая в Москве, стало очевидным фактом то, что в пьесе только предполагалось.
Некоторые другие актеры, сыгравшие школьников в пьесе, позже снимались в фильмах вместе с Колином Фёртом, например, Джеймс Уилби (сыгравший в «Датских девушках»), Джулиан Уодхэм («Английский пациент») и Энтони Калф («Гордость и предубеждение»). Американская премьера спектакля «Другая страна» состоялась 6 января 1983 г. в театре Лонг Уорф в г. Нью Хейвен, штат Коннектикут. Беннетта играл Питер Галлахер, а Джадда – Питер МакНикол.
Факты и вымысел
В своей книге «Дети Солнца» Мартин Грин описывает два наиболее распространенных «типажа» среди представителей британского общества после Первой Мировой войны, которые вполне соответствуют характерам Беннетта и Джадда, так же, как и их реально существовавшим прототипам:
«Воинствующий бунтарь – это тот типаж, который мы часто встречаем в компании эстетствующего денди, несмотря на то, что по обычным меркам это полные противоположности. Бунтарь часто дерзок, груб, резок и небрежен. Тем не менее, его сближает с денди то, что ему явно нравится собственный стиль поведения и то, что он тоже бросает вызов зрелой и ответственной общественной морали. С точки зрения сексуальности, ему присущ тот же нарциссизм, что и денди, хотя «типичный» бунтарь, как правило, гетеросексуален, тогда как денди – гомосексуален... Родство между воинствующим бунтарем и эстетствующим денди кроется в общей причине их протеста – в отрицании чопорной серьезности, присущей поколению их отцов».
«Другая страна» - это художественное произведение, в основу которого легли судьбы нескольких реально существовавших людей.
“Гай Беннет” – это Гай Берджесс, дипломат, финансовый консультант, радиомагнат, шпион и предатель, колоритная фигура британской общественной жизни 1930-40-х годов, чья полная приключений жизнь вдохновила Ивлина Во на написание нескольких романов. Демонстративно проявляющий свою гомосексуальность еще в годы обучения в Итоне, он любил рассказывать, что его антипатия к женщинам возникла после того, как ему пришлось высвобождать свою мать из-под тела отца, который, как он утверждал, умер прямо во время акта любви. Его гомосексуальность помешала ему быть избранным в «Папы», как называлась часть самоизбираемой школьной элиты из числа старост, и для него это явилось серьезным разочарованием. «Он отчаянно старался стать членом правящей элиты школы», - вспоминал Кристофер Айшервуд. В Кембридже ему, наконец, удалось этого добиться. После недолгого флирта с реакционным Питт-клубом и снобистским, преимущественно «голубым» «Обществом Апостолов» (которое называли «наиболее влиятельным и элитным сообществом Кембриджа») он примкнул к группе левых, в числе которых были Джон Корнфорд, Доналд Маклин и Ким Филби, и на последнем году обучения в Кембридже вступил в Коммунистическую партию. В последующие семнадцать или восемнадцать лет он официально шпионил в пользу Британии, и тайно – в пользу Советского Союза, и, в конце концов, в 1951 г. улетел в Москву вместе со своим соратником Маклином. Он умер в 1963 году, вскоре после провала другого своего товарища, Филби.
Рекомендация: Скорей для развлечения, нежели для политической оценки жизни Гая Берджесса в России в качестве перебежчика, можно посмотреть фильм «Англичанин заграницей» (“An Englishman Abroad”) режиссера Джона Шлезингера с Аланом Бейтсом в главной роли – фильм, основанный на реально состоявшейся случайной встрече актрисы Корал Браун с Берджессом.
“Томми Джадд” – образ, вдохновленный жизнью Джона Корнфорда и Эсмонда Ромилли, двух молодых аристократов, которые придерживались левых убеждений. Корнфорд, праправнук Чарльза Дарвина, со школьной скамьи (он учился в элитной школе Стоу) был невероятным идеалистом и убежденным марксистом. В Кембридже он стал лидером коммунистического движения и без устали работал над пропагандой марксистских идей и привлечением новых членов. Красивый, смуглый, с пронзительными темными глазами, Конфорд был сделан из материала, из которого делаются герои. Он погиб на полях гражданской войны в Испании на следующий день после своего 21-го дня рождения.
Ромилли, племянник Уинстона Черчилля, проявлял свои способности агитатора со времени учебы в школе Веллингтон, частном учебном заведении с сильным милитаристским уклоном. В 1934 году, в возрасте 16 лет, он убежал из школы и основал радикальный журнал «За рамками» (“Out of Bounds”), который он распространял в других частных школах. Он отказался поступать в университет, а в возрасте 17 лет сбежал вместе с Джессикой Милфорд, и переехал в Америку. Он был сбит над Северным морем в 1941 году.
«Тайные группировки и элитные клубы являлись важной частью их образования и наследия. С восьмилетнего возраста мальчиков отлучали от дома и помещали в подготовительные и частные школы, которые становились для них суррогатом семьи. «Мальчики искали в среде своих современников того ощущения близости, которое они ассоциировали со школой» - писал Ноэль Эннан о школе Стоу, - «и отвечали школе взаимностью, отдавая ей свое сердце». Начиная с института «Пап», избиравшихся старостами, управлявшими колледжем в Итоне, проходя через многочисленные общества и кружки в Оксфорде и Кембридже, в числе которых были и тайные, как общества «Апостолов» или коммунистов, через лондонские клубы и масонские ложи, такие влиятельные в мире бизнеса, англичанин из высшего общества все время ощущал себя в кругу неких немногих избранных, отличных от остального общества, даже от многих своих сверстников, не говоря уж о противоположном поле. Из книги Эндрю Синклера «Красный и голубой: Кембридж, предательство и разведка».
перевод: Carry
<< Фильмография
<< На Главную
© Karo, 2003
