Новый фильм с участием Колина Ферта «Одинокий мужчина» наделал шуму в Голливуде. Будучи режиссерским дебютом бывшего дизайнера Дома Гучи Тома Форда, картина повествует о британском профессоре, преподавателе колледжа с нетрадиционной сексуальной ориентацией, тяжело переживающем смерть своего возлюбленного. Журнал «Мэри Клэр» встретился с самим актером (который смотрелся невероятно элегантно в костюме от Тома Форда), чтобы обсудить новый фильм, надежды на получение «Оскара» и узнать его мнение о съемках продолжения фильма «Мамма Миа!-2».

М. К.: На вас сегодня костюм от Тома Форда; вообще в вашем гардеробе много вещей этого дизайнера?

К. Ф.: Нет, немного. Я знаю их стоимость — даже для него, — поэтому не думаю, что кто-то может позволить себе иметь гардероб, полный одежды от Тома Форда.

М. К.: В фильме главный герой Джордж всегда одет безукоризненно. В этом смысле у вас с ним есть что-то общее?

К. Ф.: Не думаю. Я убежден, что в этом есть своя изюминка, однако в случае с Джорджем стиль его одежды говорит только об отчаянии. В общем-то, открывая шкаф, мне хочется увидеть безукоризненно выглаженные и накрахмаленные рубашки, но у меня упорно не получается.

М. К.: Вы думаете, что именно так выглядит дом самого Тома Форда?

К. Ф.: Я знаю, как выглядит дом Тома Форда! Он действительно именно такой, каким его себе и представляешь. Очень элегантный и простой.

М. К.: Все мы знаем Тома Форда как икону стиля. Каков он в качестве режиссера?

К. Ф.: Неоспоримый талант Тома — умение создать иллюзию, что якобы время работает на вас. Фильм был отснят за 21 день, и, казалось бы, ни о какой свободе действий не могло идти и речи, а на съемочной площадке должна была бы царить атмосфера паники и острой нехватки времени. Он сумел не упустить из виду ни одной мелочи, не мешая работе съемочной группы. Единственное, о чем он просил: «Я хочу, чтобы вы показали мне все, на что только способны».

М. К.: Он часто давал советы?

К. Ф.: Том не назойливый режиссер. Он никогда бы не сказал: «Мне это не нравится, давай сделай все заново». Если он был доволен, то хвалил: «Это было великолепно!» А когда что-то не устраивало, он говорил: «Это великолепно», и ты понимал: да, необходимо сделать еще дубль. Он был настолько терпелив, что позволял всему идти своим чередом. В одном кадре я сидел в кресле перед камерой и должен был ответить на телефонный звонок. Но когда я положил трубку, Том не скомандовал: «снято», и я продолжал сидеть «в образе», пока пленка не закончилась. Когда же я вошел в другую комнату, Том только спросил: «Не могли бы мы повторить?», и мы переснимали эпизод три раза. Он предоставил нам полную свободу действий.

М. К.: Поскольку это первый фильм Тома, ему пришлось самостоятельно его финансировать. Вы переживали на этот счет?

К.Ф.: Безусловно, были скептики. Многие категорически советовали мне не делать этого, говорили, что предприятие слишком рискованное. Такой фильм не мог остаться без внимания и, если бы он потерпел фиаско, был бы грандиозный провал.

М. К.: Но на самом деле люди относились к проекту очень серьезно.

К. Ф.: Я думаю, что как раз серьезное отношение людей и явилось превалирующим фактором. Том не первый режиссер-дебютант, у которого я снимался, — я работал с сотней таких. Некоторые из них были хороши, другие — весьма компетентны, третьи — просто ужасны, но Том обладал достаточными навыками, чтобы не расценивать его как новичка в этом деле. Некоторые скептики были обеспокоены тем, что это просто проект, которым известный дизайнер хочет потешить свое тщеславие. Знаете, как это бывает — бесконечные мероприятия, кинофестивали, где будет возможность просто покрасоваться. Это и смущало. Но я связался со своими представителями в Соединенных Штатах и меня заверили, что проект достаточно серьезный. И сценарий стал тому доказательством.

М. К.: В фильме вы исполнили роль Джорджа, британского профессора с нетрадиционной сексуальной ориентацией. На создание этого образа вас вдохновлял кто-то из ваших знакомых или, может быть, членов семьи? Просто в силу того, что это человек того поколения, если оставить в стороне тот факт, что он — гей.

К. Ф.: Знаете, иногда я думал о своем отце, который, конечно, не является ни геем, ни представителем того поколения. И конечно, совсем не потому, что мой папа склонен к суициду, находится в глубокой депрессии или что-то в этом роде. Просто Джордж обладает необыкновенным чувством собственного достоинства, которое присуще и моему отцу, но мне только через несколько месяцев после окончания съемок пришло в голову, что это может перекликаться. А осознанного стремления срисовывать героя с него у меня не было.

Действие этой истории происходит в 60-х — но не кажется ли вам, что идея гомосексуальной пары, которая там описывается, очень современна?

К.Ф: Нет, я не считаю, что она так уж современна. Если откровенно, я думаю, что и в те времена жизнь богемы была очень оживленной и насыщенной, особенно в Лос-Анджелесе. Другое дело, что Ишервуд [автор] в весьма современном ключе пишет о том, что его герой — гей. По сути, он даже и не показывает, каково это — быть геем. И вот это и делает эту вещь такой современной. Он не акцентировал внимание на сексуальной ориентации, а просто позволил своим героям иметь возлюбленных мужского пола, подавая их отношения в таком ключе, что они выглядят практически как обычные гетеросексуальные отношения. И это в то время, когда так писать об этом должно было быть очень и очень трудно.

М. К.: Фильм имел большой успех на кинофестивалях. В преддверии номинации на «Оскар» что вы думаете о других возможных наградах?

К. Ф.: Да, непросто ответить на этот вопрос. Думаю, что никогда не могу быть уверенным в своих чувствах по поводу чего-либо, пока не наступит разочарование. Фестиваль в Венеции — это в своем роде один из лучших моментов моей жизни, поскольку не было ожиданий и шумихи. Мы всего лишь приняли участие в кинофестивале, а Венеция и сама по себе особенная. К тому же моя супруга итальянка. В общем, это был незабываемый момент во всех отношениях: мы впервые представили фильм и получили теплые отклики. Помню, я тогда подумал: «Лучше и быть не может».

М. К.: И последний вопрос. Пирс Броснан упомянул о замысле фильма «Mamma Mia!-2». Что вы думаете об этом? Вы хотели бы в нем сняться?

К. Ф.: Он так сказал? Он явно испытывает потребность в работе! [Шутка.] Не знаю, на этот счет ходят противоречивые слухи. Вообще я не хотел бы растрачивать жизнь на съемки в сиквелах, франшизах и тому подобном. Но, безусловно, я с удовольствием снова встретился бы с той командой на съемочной площадке.


Перевод — Nata, редактура — Romi.

<< Фильмография

<< На Главную